Вторник, 13.04.2021
×
Акценты рынка с Петром Пушкаревым - 13.04.2021

Назад, к Кейнсу?

Людмила Коваленко,

шеф-редактор проекта «Банки и деловой мир»

Любопытным образом научные и околонаучные дискуссии, причём часто полузабытые, вторгаются в жизнь и грозят нам очередными переменами. Не знаю, как вас, а меня уже эти бесконечные перемены стали несколько утомлять.

Древний грек и стихийный диалектик Гераклит в своё время предупреждал, будто в одну реку дважды не войдёшь. Похоже, грек слишком хорошо думал о человечестве — оно-то постоянно пытается вляпаться в одну и ту же субстанцию (явно не в воду). Впрочем, если его хорошо чем-нибудь треснуть, человечество начинает размышлять — а туда ли идёт, и нет ли смысла поискать другого брода?

Англичанин Джон Мейнард Кейнс прославился во времена Великой депрессии — само появление его экономической теории и поныне называют «кейнсианской революцией». Поскольку я ни разу не учёный экономист, изложу суть в самых простых словах — государство должно вмешиваться в экономические процессы, а денежное обращение надо регулировать.

…Логичны и незатейливы кейнсианские рецепты спасения. Раз рынок не в силах вытянуть массовый спрос, значит это должно взять на себя государство.

Вообще говоря, выстроенная Кейнсом цепочка, ведущая к кризису, выглядит вполне логично и даже хрестоматийно: когда падает потребительский спрос, а за ним, понятно, и производство, это оборачивается массовой безработицей и дальнейшим снижением спроса (ибо потреблять людям не на что). Всё, круг замкнулся, получите очередной кризис.

Столь же логичны и незатейливы кейнсианские рецепты спасения. Раз рынок не в силах вытянуть массовый спрос, значит это должно взять на себя государство. Собственно, из Великой депрессии в США так и выходили — федеральный центр и отдельные штаты вкладывали немереные деньги в строительство (главным образом, автомобильных дорог) и давали людям возможность держаться на плаву. Знаменитые американское хайвеи (говорят, уже обветшавшие) — как раз из тех времён.

Сразу прошу прощения за «телеграфный стиль» которым изложила теоретические подходы Кейнса и их практическое воплощение. Желающие могут найти кучу всякой литературы — как за Кейнса, так и против него. Но один из постулатов кейнсианства выглядит как оплеуха сторонникам либеральной модели и невидимой руки рынка: «рыночная экономика не может саморегулироваться, и поэтому вмешательство государства неизбежно».Ясно, почему у Кейнса так много противников (впрочем, не меньше и сторонников, но их принято считать ретроградами и вообще замшелыми социалистами).

С чего бы тревожить тень старика Кейнса сегодня, когда мир занят вроде бы совсем другим делом: всеобщим карантином в борьбе против коронавируса (а вы думали, в этой колонке о нём упоминания не будет)? Да тут и в теоретические изыскания погружаться не требуется — посмотрите, какие кульбиты делает практика. Почему-то никто в этой войне не уповает на невидимую руку рынка, наоборот, требует от своего государства: прекрати эпидемию, удержи цены, сохрани экономику — словом, возьми на себя ответственность за всё.

С другой стороны, и результаты работают в пользу государства. Обратите внимание, там, где присутствует государственная модель здравоохранения, ситуация менее трагична. Не случайно у нас в России последние два месяца так часто с благодарностью поминают наркома здравоохранения Николая Семашко. Ведь какую систему заложил — как ни старались адепты оптимизации, а им не удалось ей сокрушить. Как те старинные соборы, для которых цементирующий раствор замешивали на яичном белке — их даже взорвать с первого раза не получалось. Так и медицинская модель «товарища Семашко», созданная профессиональным медиком и просто умным и ответственным человеком. Между прочим, знаете ли вы, что уже в наше время, в рамках пресловутой «оптимизации» было намерение уничтожить санэпиднадзор? А чего там, с оспой и тифом справились, с гриппом всё равно никто не справляется, давайте прикроем лавочку. Ну, прикрыть не прикрыли, но превратили в Роспотребнадзор, который у нас и с курением боролся, и с гаджетами, и с импортом из недружественных стран… Эпидемиологов как таковых осталось мало, но инфекционные больницы всё же сохранились, хоть и не везде и далеко не всегда в рабочем состоянии.

И вот на таком-то фоне и разразился Covid-19 и примкнувший к нему экономический кризис. Ни над тем, ни над другим мы, по сути, не властны — тут именно стихия. Тем не менее, китайцы первыми показали, что купировать эпидемию можно даже в стране с полуторамиллиардным населением. Рецепт простой: жёсткое вмешательство государства. Не надо думать, будто бы китайцы — такие управляемые трудовые муравьи. Как и мы все, они разные. Есть среди них и разгильдяи, и анархисты, и просто «любители свободы». Но всех их, что называется, «построили» — и, наверное, не самыми демократичными способами. И точно так же, нарушая все мыслимые свободы, поступили в странах Евросоюза. А там, где поначалу решили особо не вмешиваться, получили итальянский и испанский варианты.

Отдельная тема — американская трагедия. Тем более неожиданная, что десятилетиями мы слышали о том, какая в США офигенная медицина. Не стану спорить, медицина, может, и хорошая, а вот организации здравоохранения нет даже в зародыше. Потому что здесь медицина — прежде всего, бизнес, и государство никакой ответственности за здоровье нации не несёт. Иначе откуда бы эта безумная общенациональная страсть к фаст-фуд, потреблять которую нельзя по определению?

Куда развернётся и чем обернётся спровоцированный коронавирусом кризис, сегодня не может предсказать никто. Надо полагать, никакого общего выхода из него не будет.

Ладно, закончим пока с медицинской темой, ибо как бы пандемия ни ширилась, а в конце концов и она иссякнет. Вирус же не дурак, не станет он под корень изводить кормовую базу… А вот куда развернётся и чем обернётся спровоцированный коронавирусом кризис, сегодня не может предсказать никто. Надо полагать, никакого общего выхода из него не будет. Китай вот уже осторожно рапортует о возвращении в нормальное русло. Хотя какое нормальное, если от мирового рынка остались лоскутки. Вряд ли какую-либо экономику спасёт шитьё масок и одноразовых халатов, и даже производство ИВЛ и томографов. В первом случае — продукт массовый, но грошовый, во втором — дорогой и требующий точности. К тому же такая продукция — заведомо временная, долгосрочной стратегии на ней не построишь.

Скорее всего, паника весны 2020 года для некоторых отраслей обернётся чудовищными потерями: туризм, железнодорожный транспорт, авиаперевозки — боюсь, не скоро обретут былую силу массовые потоки туристов, независимо от географии курорта, ибо вирус вездесущ, а страхи носят долгоиграющий характер.

Соответственно, далеко не сразу вернётся спрос на нефтепродукты, особенно если учесть, что после склоки в ОПЕК+ резервуары полны до краёв этим самым «чёрным золотом». Кстати, мне уже не раз приходилось слушать, будто бы эра нефти закончилась навеки. Не готова согласиться. Возможно, как основа горючего нефть в таких объёмах действительно не понадобится. Но ещё в средней школе меня учили что из углеводородов получается куча всяких полезных материалов: от асфальта и битума до пластика и синтетического каучука. К слову сказать, в СССР перерабатывающая отрасль развивалась год от года. Ну, а потом кто-то решил, что пусть Россия останется бензоколонкой, а продукты переработки проще закупать на вырученную валюту… Дурацкое решение, уж извините.

Но это я сильно вперёд забежала. Пока, по-моему, о будущем за пределами месяца-двух никто не задумывается. Можно на эту тему поругать правительство, но не стану этого делать из чувства справедливости. Честно говоря, не хотела бы я сегодня оказаться на месте министра или губернатора, которым приходится не только в ежедневном, но и в ежечасном режиме решать десятки и сотни самых разных задач. В том числе и думать о том, как поддержать на плаву не только предприятия, но и каждого отдельно взятого гражданина. Помнится, в одной из прошлых колонок я высказывала сомнения на сей счёт. Есть они у меня и сейчас, но отнюдь не потому, что кому-то «наверху» неохота этим заниматься. Другое дело, что сверху донизу благое намерение может исказиться, как в игре в испорченный телефон. С исполнительским навыком у нас пока напряжённо. И то надо иметь в виду, что Россия — велика, заселена неравномерно, и даже в «мирное время» налицо резкая граница между жизнью в центре и на периферии.

Вообще нынешняя ситуация — своего рода экзамен для каждого государства. Не как для страны, а именно как для государства. Нагнать в крупные города гвардейцев и ввести электронные пропуска — не то, что полдела, а его десятая, сотая часть. И реагируют в обществе на эти новации по-разному, не потому что такие свободолюбивые, а оттого, что даже самый умный начальник, сидя в своём просторном кабинете или в загородном доме, не предусмотрит мелких и крупных проблем, с которыми в ходе карантина сталкивается рядовой обыватель. К сожалению, ни «горячие линии» (на которые не дозвониться), ни волонтёры (которых не дозваться) не в силах решить эти проблемы.

Вообще нынешняя ситуация — своего рода экзамен для каждого государства. Не как для страны, а именно как для государства. Нагнать в крупные города гвардейцев и ввести электронные пропуска — не то, что полдела, а его десятая, сотая часть.

В обычной жизни мы практически не задумываемся о какой-то там роли государства. Разве что поругиваем за повышение налогов и похваливаем за материнский капитал. Но в целом привыкли к сложившемуся порядку вещей. Всеобщий стресс перевернул и жизнь, и порядок. Меня всегда поражали быстрота и организованность, с которыми были эвакуированы в начале Великой Отечественной войны заводы. И не просто вывезены, а в немыслимо короткие сроки развёрнуты на новом месте. Кому-то нравится повторять, будто всё это делалось «под дулом пистолета». Глупости, поверьте. Просто в стрессовой ситуации проявились достаточно жёсткие (не жестокие) организационные принципы, на которых строилась советская индустрия.

Сейчас — не война, конечно, но ситуация в известной мере критическая. И, как мы с вами видим, каждая страна выживает в ней, насколько хватает сил и умения. Все глобальные структуры разом съёжились, и рассчитывать на них не приходится, будь это ВОЗ, МВФ или брюссельская бюрократия. Собственно, граждане и не рассчитывают, адресуя все требования и претензии исключительно своему государству. Потому как кроме него, родимого, никто о них не позаботится. А без него вообще хаос — только посмотрите, что делается в тех же Штатах…

Боюсь, до утопического будущего, когда планетой станет править какой-нибудь Мировой совет, составленный из учёных и балерин (политиков там не должно быть ни в коем случае), ещё очень далеко. Так что Кейнса рано списывать со счетов, его подходы пригодятся, когда придётся восстанавливать свою и мировую экономику на руинах коронакризиса-2020. Так что — назад, в будущее, к идеям Джона Мейнарда Кейнса.

Редакция Finversia.ru может не разделять точку зрения авторов,
материалы которых опубликованы в рубрике «Оценки».

обсуждение

Ваш комментарий
Вы зашли как: Гость. Войти через

Беззащитная опора Беззащитная опора «Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины, – ты один мне надежда и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык! Не будь тебя – как не впасть в отчаяние при виде всего, что совершается дома? Но нельзя верить, чтобы такой язык не был дан великому народу!» (Иван Сергеевич Тургенев) Борьба за равноправие Борьба за равноправие По крайней мере одно умение мы точно освоили за прошедший пандемический год, и выражение «встретимся в Zoom» стало расхожим. Но, согласитесь, провести в дистанционном режиме целый съезд банковской ассоциации – это надо уметь. В Ассоциации российских банков делают это уже второй раз, и очень успешно. Петух уже пережарился Петух уже пережарился В русском фольклоре есть масса поговорок насчёт нашей национальной неторопливости. И про то, что мы долго запрягаем, зато быстро едем, и, конечно же, про жареного петуха, который должен клюнуть нас в определённое место, дабы мы очнулись.
Все статьи автора (97)

календарь эфиров Finversia-TV »

 

Новости »

Корпоративные новости »