Экономика, санкции и курс рубля: виды на осень и зиму

Главный экономист рейтингового агентства «Эксперт РА» Антон Табах дал прогноз развития российской экономики и того, как санкции скажутся на жизни россиян.

С какими итогами экономика России закончит 2022 год? Каким будет результат воздействия санкций? Удачным ли будет импортозамещение? Как проблемы экономики отразятся на курсе рубля и зарплатах россиян? Ответам на эти и другие вопросы был посвящен эфир «Биржевой среды с Яном Артом», гостем которого стал главный экономист рейтингового агентства «Эксперт РА» Антон Табах.

Санкции и опустевшие полки в магазинах

– Когда инвесторам плохо, они перестают фокусироваться на конкретных компаниях и склонны обсуждать, куда идет экономика в целом. Это важная точка – нужно оглядеться чтобы понять, куда нам дальше идти. На мой взгляд, наиболее трезвый подход сейчас демонстрирует Международный валютный фонд, чьи прогнозы по снижению объемов ВВП даже скромнее, чем у Банка России, – начал эфир Ян Арт, главный редактор Finversia..

Антон Табах, гость эфира, считает, что сложилась парадоксальная ситуация – санкции в некоторых вопросах оказались тяжелыми, но там была «подстелена соломка»:

– Например, умеренный провал ВВП в 2022 году будет за счет роста чистого экспорта. Это связано с ростом цен на наши экспортные товары, в первую очередь – на нефть, газ и продовольствие. Но если мировая экономика войдет в рецессию, то это может нанести удар по нашему экспорту. При этом самые популярные продовольственные товары России импортирует из стран, которые не присоединились к международным санкциям – Турции, Азербайджана, Узбекистана.

Ян Арт ожидал минувшей весной заметное оскудение полок с товарами. Но пока этого явно не заметно. Возможно, этот процесс еще впереди или наши ожидания оказались преувеличенными.

– Как говорил в свое время Михаил Горбачев, «Процесс пошел», – высказал мнение Антон Табах. Но в разных продуктовых сегментах сложилась очень непохожая ситуация. Условно говоря, бренды итальянские, турецкие и ноунейм часто шьются на одних фабриках в Турции или Китае. Поэтому мы увидим брендовый товар, завезенный посредниками, и много небрендовых товаров, причем любой степени качества. В процессе трансформации экономики может быть немало сюрпризов. В сегменте одежды и базовых продуктов мы, скорее всего, не увидим оскудения полок. Но, например, с автомобилями или сложной техникой будет доминирование китайских брендов или нехватка некоторых товаров.

ВВП, импортозамещение и трансформация экономики

– Нужно смотреть на поведение ВВП по компонентам – отдельно расходы потребителей, инвестиции, госрасходы и чистый экспорт, – высказал свое мнение Антон Табах. – У нас из года в год сильно пляшут чистый экспорт и инвестиции. Например, в 2022 году нет экономического обвала, а есть умеренная рецессия. Тут сказались высокие доходы экспортеров и достаточно высокие госрасходы.

– А если представить ВВП как это было в СССР – в натуральной форме, в метрах, тоннах продукции, – задал вопрос Ян Арт. – 2022 год будет годом сокращения или роста в такой «натуральной форме учета»?

– По кубометрам и миллионам баррелей – будет сокращение, – считает Табах. – Но при этом будет рост в денежной форме. По урожаю – тут все зависит от погоды, скорее всего, будет рост. По производству – будут большие отличия в зависимости от конкретного сегмента, который мы рассматриваем.

– Что касается трансформации экономики, то она вызвана внешними причинами, – продолжал Табах. При этом трансформация экономики во многом не поддается экономической логике, последствия санкций иногда непредсказуемы. Например, Европа не закупает нефть у России, а закупает нефть на Ближнем Востоке. А Ближний Восток и Индия закупают нефть у России. При такой схеме в выигрыше оказываются транспортники и посредники. Думаю, основная трансформация экономики должна закончиться в первом полугодии 2023 года, если, конечно, не будет новых глобальных потрясений.

– Какие заводы сейчас переходят на неполную занятость? – задал вопрос Ян Арт. – Можно ли найти замену тем импортным компонентам, производители которых ушли из России, например, двигателей в КАМАЗах?

– Пока можно сказать, что с осени открываются автосборочные предприятия в Калуге, АвтоВАЗ сейчас налаживает выпуск машин с подушками безопасности. Когда говорят, что из России ушла западная компания, то обычно это смена собственника, – пояснил Антон Табах. В такой ситуации может быть, конечно, снижение стандартов качества или смена поставщиков, но это не полная остановка предприятия. Ведь оборудование осталось, и будет работать еще долго. Что касается «железного занавеса», то его нет, скорее, это сито с дырками. Где-то деталей хватит, где-то не хватит и сократится производство, где-то завезут детали турецкие или китайские. Конечно, иногда в результате получится худший продукт за бОльшие деньги.

В ответ на вопрос зрителей, возможны ли возвраты ушедших с российского рынка западных компаний, Антон Табах ответил, что такие возвраты возможны. Но, конечно, не в 2022 году, а позже, в срок от 6-10 лет. Может быть возврат не напрямую, а, например, через турецких партнеров:

– Насчет критичности ухода компаний для нашей экономики – оценку давать пока рано. Самое главное – в России есть рыночная экономика, которая гибко подстраивается под все внешние изменения. Сейчас этот процесс проходит даже гораздо легче, чем проходил бы в 2014 году. Так как тогда к имеющимся проблемам добавилось бы падение цен на нефть, а финансовая система еще не успела бы подготовить необходимые платежные решения.

– Полный технологический суверенитет России, наверное, невозможен, – отметил Антон Табах. – Но есть удачные российские товары высокого качества. Мы увидим комбинацию замещения европейских и американских технологий, товаров и услуг азиатскими и южноамериканскими, иногда с потерей качества или удобства. В разных сегментах ситуация будет выглядеть по-разному.

Зарплаты и цены на недвижимость

– На рынке труда структурная трансформация в разных секторах экономики идет по-разному, считает Антон Табах. – Есть сектора, которые поддерживают высокими зарплатами. Есть те, в которых даже зарплаты нечем платить. И есть госсектор, который сейчас финансируют на достаточно высоком уровне.

Ян Арт высказал мнение, что в стране, которая ориентирована в первую очередь на внутренний потребительский рынок, экономика не может нормально работать без богатых пенсионеров И именно это является ахиллесовой пятой России..

Антон Табах все же уверен, что российские пенсионеры не настолько бедны, насколько это кажется многим, однако согласен с мыслью, что низкие доходы пенсионеров мешают экономическому росту. Но пока у нас будут низкие зарплаты, то будут и низкие пенсии.

На вопрос от зрителя, будет ли кризис и падение цен на рынке недвижимости, Антон Табах ответил, что кризис на рынке недвижимости сейчас маловероятен:

– Ипотеку охладили ростом ставок. Есть ощущение, как за счет стройки и ипотеки будут пытаться разогнать экономику. Государственная политика будет именно на развитие этого рынка. Есть дефицит жилья в крупных городах. Кроме того, ситуация на фондовом рынке подталкивает многих частных инвесторов к любви к чему-то более стабильному. Думаю, мы увидим умеренный рост на рынке недвижимости. Тем более что этот рынок имеет некоторые интересные сегменты.

Курс рубля, фондовый рынок и сценарии развития экономики от Центробанка

Не обошли собеседники и такую волнующую многих россиян тему как прогноз курса российского рубля. Ян Арт был уверен, что осенью 2022 года курс доллара будет в диапазоне 63-65 рублей, возможно, даже уйдет за 70 рублей за доллар.

Антон Табах считает, что многое зависит от внеэкономических факторов:

– Курс рубля сейчас примерно на тех уровнях, которые ожидались 2 года назад, но по другим причинам. Важный фактор – насколько рецессия затронет рынки нефти и газа. Если рецессия будет умеренной, мягче, чем 2008 году, то рубль до конца 2022 года ослабеет до диапазона 60-70, при этом будет большая волатильность. Если же будет большая глобальная рецессия и ужесточение санкций, то курс может быть и 90 рублей за доллар.

– Мы с апреля живем в системе двойного валютного курса, – заострил внимание зрителей Антон Табах. – Сейчас у доллара есть два курса – курс биржевой и курс обменников или частного рынка, они уже сблизились, разница меньше 10%. Но кто мог полгода назад представить себе, что будет такая разница курсов безналичного и наличного доллара? А в 2023 году, возможно, мы будем обсуждать курс рубля уже не к доллару США, а к юаню или гонконгскому доллару, тут многое зависит от санкционного режима.

На вопрос зрителя о том, будет ли в России перестроена экономика в духе СССР 2.0 или «иранской экономической модели», Антон Табах ответил, что, скорее, в России будет капитализм, сильно национализированный, достаточно автаркичный, но с выходом на неевропейские и неамериканские рынки.

Ян Арт поинтересовался, не пострадают ли в процессе перестройки экономики сильнее всех российские частные инвесторы, и какова будет судьба фондового рынка в России.

Антон Табах считает, что инвесторы, конечно, пострадают:

– В итоге будет долгое ожидание прояснения ситуации на рынке, частичные потери, и даже полные потери в наиболее рискованных инструментах. Что касается судьбы российского фондового рынка, то рынок акций последние события сильно потрясли. А вот рынок облигаций уже в 2023 году будет живой и интересный, на рынок пойдут за финансированием регионы и корпоративные заемщики. Уже разморозили вложения дружественных нерезидентов. Думаю, разрешат инвестировать средства и недружественных нерезидентов, и в первую очередь эти средства пойдут на долговой рынок.

Ян Арт напомнил, что недавно Центробанк выпустил три возможных сценария развития российской экономики. Но сценариями их в полном смысле слова назвать трудно, так как они, скорее, представляют реакцию экономики на внешние события, без активной роли Центробанка и Минэкономики.

Антон Табах считает, что первую половину 2022 года первую скрипку в экономике играл Центробанк. Но уже во 2 полугодии мы можем увидеть более активную роль правительства, Минфина и Минэкономики.

– Получается, дела в российской экономике не так уж плохи? – спросил в заключение беседы Ян Арт.

– Да, именно так, – сказал Антон Табах. Российская экономика оказалась более устойчивой к потрясениям, чем предполагали некоторые эксперты.