Среда, 22.11.2017
»

ИнвестАрена

Финансовая соцсеть

Алина Ветрова: «Банки успеют переформатировать свой бизнес»

+26 -0
417
Аа +
Алина Ветрова: «Банки успеют переформатировать свой бизнес»

Алина Ветрова, первый вице-президент Ассоциации «Россия» рассказала порталу Finversia.ru о наиболее насущных банковских вопросах этого года: от пропорционального регулирования до возможного появления новых ограничений на выдачу потребительских кредитов.

- Если вести отсчет от традиционной ежегодной встречи банкиров и руководства Центробанка в Бору, можно сказать, что с середины февраля начался новый банковский год. О чем говорилось на последней встрече, мы в курсе, я же хотел спросить вас о настроении его участников.

- Мне очень лестно слышать, что банковский год начинается с нашего мероприятия в Бору. Действительно, на этой встрече представители регулятора озвучивают свои планы на ближайшую перспективу. Причем, как правильно, многое озвучивается впервые, поэтому эта встреча – знаковое событие. Мне трудно чётко сформулировать, какое настроение преобладало на мероприятии, какие впечатления остались, но, как мне кажется, они были довольно-таки противоречивыми. С одной стороны, открытость регулятора – это всегда хорошо, поскольку позволяет выработать собственные стратегические планы. С другой – озвученные планы касались, в первую очередь, ужесточения регулирования и надзора, перехода к новым, пока не понятным его формам. Это требует от кредитных организаций определенной перестройки своих бизнес-процессов, а, значит, дополнительных затрат. Но, повторюсь, сигналы регулятора важны для бизнеса, к ним необходимо относиться серьёзно.

Все материалы Finversia-TV

- То есть, определенная настороженность, всё же, присутствовала? На какие планы регулятора вы бы обратили особое внимание, с точки зрения дальнейших правил игры на банковском рынке?

- Я бы выделила три глобальных вопроса, которые широко обсуждались, начиная с прошлого года: пропорциональное регулирование или, как его сейчас называют, многоуровневая банковская система, изменения в закон «О национальной платежной системе», направленные на активное развитие карты «МИР» и, наконец, поведенческий надзор.

- Тогда начнём с начала – с многоуровневой банковской системы. Почему Вы против термина?

- Потому что многоуровневости, как таковой, мы не наблюдаем. Речь идёт о разных подходах к регулированию кредитных организаций в зависимости от их размера. Многоуровневая система предполагает переход от уровня к другому не в зависимости от размера капитала банка, а с точки зрения обмена ресурсами или разграничении круга операций. Когда говорят о двухуровневой банковской системе, предполагают, что это Банк России, в роли кредитора последней инстанции и все коммерческие банки. Сейчас же вводится третий уровень банков и не очень понятно, каким образом он будет строить отношения со вторым и в чем будет их специфика по сравнению с сегодняшним днем.

- Дискуссии на эту тему активно шли в прошлом году. У меня, как участника нескольких подобных мероприятий сложилось впечатление, что регулятор последовательно продавливает свою концепцию, не слишком ориентируясь на банковское сообщество. Ассоциации «Россия» есть чем гордиться? Какие-либо ваши предложения были услышаны регулятором?

- Да, мы активно участвовали в обсуждении, начиная с появления концепции пропорционального регулирования. Можно смело назвать нашим достижением кардинальное изменение подхода Банка России к этому вопросу. Не соглашусь с тем, что регулятор не слышал банкиров. В первоначальном варианте предполагался широкий круг различных ограничений для кредитных организаций с базовой лицензией. Планировалось, в частности, что они будут сугубо региональными (деятельность будет ограничена одним регионом) и смогут заниматься кредитованием только малого и среднего бизнеса. Ассоциация «Россия» провела несколько исследований и опросов по этому поводу, предоставила в ЦБ статистические данные, свидетельствующие, что при реализации законопроекта в его первоначальном виде, большинство таких банков будет вынуждено прекратить своё существование. ЦБ прислушался к этим доводам – то, как сейчас выглядит соответствующий законопроект, вызывает уже минимальное число вопросов.

- Какие именно?

- Первый блок связан с проблемой обслуживания муниципальных предприятий и предприятий с госучастием банками с базовой лицензией. Не совсем понятно, к какой категории они будут отнесены, и, соответственно, в какой доле от размера собственного капитала банка их можно будет обслуживать.

Второй момент связан с возможностью банков с базовой лицензией работать с ценными бумагами. Сейчас предусматривается, что это будут бумаги только первого котировального списка, хотя Банк России имеет право добавить еще какие-то бумаги. На наш взгляд, это довольно расплывчатая формулировка, учитывая, что целый ряд бумаг ведущих российских эмитентов находится и в первом и во втором котировальных списках. Поэтому мы предложили расширить перечень бумаг, включив в него и второй список.

- А ограничения на работу с зарубежными банками-контрагентами?

- В текущей версии документа банкам с базовой лицензией разрешено работать с ними только в рамках деятельности международных платежных систем. Но согласно нашим опросам, у большинства небольших российских банков в принципе нет корреспондентских отношений с зарубежными банками, поэтому эти ограничения не кажутся существенными. Да, есть определенная проблема с приграничными банками, которые обслуживают большое число операций, требующих наличия корсчета в иностранном банке. Но чем-то приходится жертвовать. Если регулятор считает, что это поможет противодействию незаконному выводу капиталов за рубеж, так тому и быть.

- Много претензий вызывали краткие, с точки зрения банкиров, сроки вступления закона о многоуровневой банковской системе в силу. Эту проблему удалось решить?

- По этому вопросу был достигнут компромисс: если банк захочет иметь универсальную лицензию, то должен будет увеличить капитал в указанные сроки (до начала 2018 года). Одновременно, кредитные организации, которые решат работать по базовой лицензии, не должны будут разом избавляться от всех своих клиентов, не соответствующих новому подходу или закрывать все существующие договоры (например, кредитные линии). Для этого предусмотрен пятилетний переходный период.

- Его достаточно?

- Для того, чтобы успеть переформатировать свой бизнес, достаточно. Но очень многое зависит от пиар-активности Банка России: насколько активно регулятор будет доносить до населения, юридических лиц тот факт, что банки с базовой лицензией – не «второсортные» кредитные организации. Просто уровень их регулирования соответствует масштабу их деятельности. То есть, размер банка и регуляторной нагрузки на него приводится в соответствие.

- Как вы уже отметили, второй крупный блок вопросов, обсуждавшихся в Бору, был посвящен появлению «национального платежного инструмента» - карт «МИР». В каком состоянии сейчас находятся банки, которым уже в этом году предстоит обеспечить картами десятки миллионов россиян?

- Практически весь январь был посвящен общению с Банком России по этому вопросу. Та версия законопроекта, которая уже прошла первое чтение в Госдуме, действительно, устанавливает очень жёсткие сроки по выдаче этих карт всем клиентам, которые получают бюджетные средства.

Мы предоставили регулятору свои обоснованные замечания, объяснили, почему такая скорость пойдет во вред самой карте «Мир». В частности, резкий перевод всех пенсионеров на новые карты стал бы потрясением для них самих. Наивно предполагать, что все пенсионеры обладают достаточным уровнем финансовой грамотности и внимательно прислушиваются ко всему, что им говорят кредитные организации. Поэтому если сроки перехода на «Мир» сохранятся – а это 1 января 2018 года – то в первый же рабочий день нового года мы получим большое количество недовольных пенсионеров, которые не смогут снять деньги с привычных им карт.

Банк России согласился с нашим предложением о том, чтобы выдача карт «Мир» пенсионерам началась с 1 июля 2017 года (или другого, установленного законом срока), и происходила постепенно: карты будут получать новые пенсионеры и те, у кого истек срок действия их предыдущих карт.

Что касается бюджетников, то там немного более строгие сроки: граждане, уже получающие бюджетные средства на карты, должны будут в течение года предположительно до 1 июля 2018 г. перейти на «Мир» вне зависимости от того, когда истекает срок действия их существующих карт. Впрочем, этот вопрос, насколько я знаю, еще дискутируется.

Кроме того, нам удалось добиться исключения из закона нормы, обязывающей перечислять на карты «Мир» все другие выплаты из бюджета (пособия, больничные, единоразовые социальные выплаты, возмещение НДФЛ и так далее).

- Для бюджетников и пенсионеров не станут неожиданностью, например, возросшие комиссии за обслуживание карт «Мир» по сравнению с их предыдущими картами?

- Нет. Поправками в законопроект предусмотрено, что выдача карт «Мир» будет бесплатной, а их обслуживание не должно быть дороже прежних карт. Я полагаю, Банк России будет это контролировать.

- Будем на это надеяться… Перейдем к грядущему реформированию системы надзора: появлению некоего «поведенческого надзора».

- Поведенческий надзор – это не вопрос ближайшего года, а, скорее, на перспективу трёх лет, поскольку его контуры еще только обозначены. В Бору же говорилось как раз о реформировании существующей системы банковского надзора: централизация, появление новых подразделений Центробанка и так далее.

В частности, сотрудникам регулятора, работающим в регионах, ограничат их функции лишь сбором материалов и получением документов. Их общение с банками, обсуждение вопросов и принятие решений перейдет в Москву.

С одной стороны, такого рода практика исключит ту диспропорцию в регулировании крупнейших банков и небольших кредитных организаций, о которой мы постоянно говорим. Я имею в виду вопросы формирования резервов и подхода к оценке финансового состояния заемщиков. Очень часто возникают ситуации, когда у крупнейших игроков финансовое состояние заемщика оценивается, скажем, как хорошее, присваивается вторая группа, но когда небольшой региональный банк также оценивает того же самого клиента, надзор возражает, относя его к более низкой категории. На доводы, что другая кредитная организация оценивает состояние заемщика более высоко, звучали ответы, что другой банк, видимо, более тщательно подошел к оценке, собрав большее количество документов. Аналогичная ситуация возникает и в оценке предметов залога.

Сейчас Банк России обещает, что данная практика будет исключена за счет централизации и появления единой базы по заемщикам. Это же справедливо для всякого рода консультаций, пояснений, разъяснений регулятора, когда трактовки тех или иных нормативно-правовых актов на региональном и федеральном уровнях надзора могут отличаться.

- Плюсы понятны. А минусы?

- Минус, наверное, в том, что, как и любая централизация, укрупнение не даст возможности оперативно решать какие-либо вопросы, исключит функцию консультирования небольших региональных банков региональными же подразделениями Банка России. Для небольших банков это важно. Надеюсь, что кураторы в центральном офисе найдут возможность для личных встреч.

- Что в этой связи будет делать Ассоциация «Россия» или регулятор в данном случае обойдется без подсказок со стороны банковского сообщества?

- Я была рада услышать, что Банк России очень рассчитывает на помощь банковских ассоциаций. Поведенческий надзор – это такая категория, которую сложно жестко зарегулировать, то, к чему со стороны самого регулируемого должна присутствовать добрая воля. Присоединение к стандартам и их соблюдение – это больше вопросы нравственного характера, которые требуют желания им следовать. Я бы сказала, что это не правила, а принципы. Ассоциации могут выступать своего рода медиатором, помогая соблюдать баланс между жёсткими правилами и рыночными принципами. Чтобы это было не карательным, а стимулирующим механизмом.

- Остались ли еще какие-то вопросы, требующие широкой дискуссии с банковским сообществом и регулятором в этом году?

- Я бы отметила разрабатываемый сегодня механизм ограничения выдачи потребительских кредитов, исходя из доходов потенциального заемщика – DTI – отношение долга к доходам (debt-to-income ratio).

Банк России опубликовал по этому поводу консультационный доклад, рассмотрев мировую практику и предложив свои идеи по этому поводу. Мы сейчас готовим анализ этого документа, собираем замечания от кредитных организаций.

- Много замечаний?

- Это очень тонкий вопрос. Многие банкиры выступали за появление DTI, однако предлагая его введение в качестве замены существующего механизма расчёта полной стоимости кредита (ПСК). Однако есть опасения, что мы можем получить эти ограничения одновременно, поскольку регулятор не планирует отказываться от ПСК. Более того, недавно были внесены изменения в инструкцию Банка России, устанавливающие высокие коэффициенты риска на заемщика по потребительским кредитам, исходя из ПСК.

Я была бы очень осторожна в вопросе введения DTI, поскольку доходы многих заемщиков не всегда можно подтвердить документально и достоверно. Вряд ли эти граждане постараются легализовать свои доходы (например, от сдачи квартиру в аренду), скорее, они откажутся от кредитов. Поэтому было бы хорошо, чтобы этот механизм долго дискутировался, с приведением соответствующих расчётов того, как его появление скажется на банковском кредитовании.

- Надо полагать, что данный механизм предназначен для защиты физлиц-клиентов банков?

- Да, он озвучивается как механизм ограничения кредитной нагрузки на граждан, как инструмент борьбы с кредитными организациями, которые чрезмерно «закредитовывают» заемщиков. Но, как известно, дьявол в деталях – есть опасения, что этих граждан может и удастся «спасти» от банковской системы, но, стремясь получить кредит, они обратятся в МФО, где займы предоставляются по более высоким ставкам.

- Это частая «страшилка», которую мы неоднократно слышим от банкиров…

- Это не «страшилка», поскольку при сохранении спроса, выдавливание этого сегмента из банковской сферы неизбежно приводит к его «перетоку» в другой. У меня нет уверенности, что совокупная кредитная нагрузка физлиц окажется меньшей, чем до введения DTI, а регулятор будет знать о кредитной нагрузке больше, чем теперь.

Добавлю в этой связи о планируемых регулятором антимонопольных поправках в закон о ПСК. Речь идет об ограничении доли крупнейших игроков при расчёте ПСК. Этот вопрос возникал с самого начала появления ПСК, поскольку она рассчитывается, как средневзвешенная по каждому кредитному продукту. Соответственно, игроки, занимающие существенные доли на рынке могут активно его «двигать» в зависимости от своего пожелания.

- Коль скоро вы заговорили о кредитах, должен спросить, как продвигаются дела по инициируемым вами поправкам в закон о кредитных историях?

- Действительно, мы полтора года занимались подготовкой и согласованием этих поправок. Пришли к пониманию с регулятором по целому ряду вопросов. Во-первых, получение согласия заемщика предлагается осуществлять при помощи простой электронной подписи. При этом срок действия согласия не ограничивается лишь сроками кредитного договора, но действует в течение всех финансовых отношений с кредитной организацией (например, при получении зарплаты на карту банка). Это позволит банкам формировать более целевые, конкретные предложения для клиентов, которые, в свою очередь, избавятся от регулярного банковского спама. Кроме того, сегодня сроки хранения согласия составляют пять лет; мы надеемся, что они будут сокращены до трёх лет, при этом будет предусмотрен механизм хранения согласия в электронном виде.

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+ENTER
все интервью »
+26 -0
417

обсуждение

Ваш комментарий
Вы зашли как: Гость. Войти через

Новости

Основные курсы и котировки
 
Finversia-TV