Эль Мюрид: Модернизация или стагнация?

9 августа Белоруссия будет решать свою задачу.

Внутрибелорусский конфликт носит (пусть и с некоторым местным колоритом) ровно тот же характер, что и в большинстве постсоветских республик. Это конфликт между модернизацией и стагнацией. Стагнация может называться «стабильностью», отказ от модернизации может сопровождаться демагогией: «Вы что, хотите, как в...?» – суть остается той же. Только стагнация (сиречь стабильность) способна удержать у власти сегодняшние постсоветские элиты. В любом ином сюжете они ее теряют, и теряют однозначно.

Они, элиты, пришли к власти как раз потому, что советская система оказалась не по зубам партийно-хозяйственной номенклатуре позднего СССР. Слишком сложная экономическая система требовала адекватной системы управления, но без полной смены самой управляющей страты этого сделать было невозможно – партия не сумела ответить на вызов и не потянула модернизацию коммунистической идеологии, прекрасно работавшей в общинно-традиционном укладе раннего СССР, но давшая системный сбой в развитой урбанизированной системе послевоенного Союза. По сути, шестидесятые годы стали «золотым десятилетием» СССР, после которого страна все быстрее стала сваливаться в кризис.

Советская номенклатура ответила на вызов по-своему. Выбор был предельно очевидным – либо новое поколение молодых руководителей, способных на модернизацию страны, либо разрушение Союза и деградация его до уровня партийной элиты. Горбачев, казалось, ответил на вызов – был молод и начал ускоренные преобразования и модернизацию, но оказался неадекватным управленческим задачам, и опирался на негодный управленческий аппарат. Соответственно, модернизация была свернута, в ход был пущен план «Б», итогом которого и стал распад СССР. Объективный распад, так как деградация сложной системы всегда подразумевает ее распад на несколько составных частей.

При этом, как теперь известно, в России и на Украине партийная номенклатура оказалась настолько ничтожной, что не сумела удержать власть даже в этой ситуации, отдав ее поднявшимся на волне первичного накопления капитала в девяностые годы гангстерским кланам. В Белоруссии советским управленцам удалось удержаться, но в целом все три осколка бывшего Союза в равной степени подошли к тому же самому вопросу – необходимости проведения модернизационных мероприятий и реформ.

И снова, как и в восьмидесятые, возникает все та же дилемма: либо новая управляющая элита (причем не просто новая, а еще и способная на проектирование будущего и воплощение проекта в жизнь – Горбачеву это не удалось), либо обрыв и новая деградация. Новая деградация – это снова распад. И Украина, и Россия подошли вплотную к этой проблеме. Украина уже частично распалась, и это теперь позволяет ей использовать процесс распада в свою пользу – значительная часть социальной энтропии сброшена, но само противоречие остается, а значит, через некоторое (и не такое уж продолжительное) время проблема снова встанет в полный рост. Россия уже находится в стадии запуска катастрофы, она уже не может выйти из событий, используя технологии разрешения системного кризиса – он уже в прошлом. Теперь системный кризис – сладкая мечта правящего режима, и уже недостижимая. Теперь к барьеру подошла и Белоруссия.

Перед всеми тремя славянскими странами стоит задача социальной дисквалификации нынешней управляющей номенклатуры – ее полная зачистка. Стоит задача выдвижения новых управляющих элит, задача формулирования нового модернизационного проекта развития и задача воплощения его в жизнь. Либо – как и в случае СССР – все пойдет по прежнему сценарию. Наши страны настолько истощили ресурсный потенциал, что удерживать обстановку в состоянии стагнации долго не смогут. Произойдет обрыв и система снова стремительно пройдет через деградационный и распадный сценарий. Россия перейдет к стадии регионализации, а затем – и образования нескольких крупных макрорегиональных государств. Украина и Белоруссия, скорее всего, тоже частично утратят ряд территорий, но главное – проект модернизации снова будет закрыт на несколько десятилетий. Пока новые социальные субъекты снова не подойдут к той же самой проблеме.

Конечно, нижний предел существует – дробиться до бесконечности не получится. Рано или поздно куски и остатки территорий будут поглощены теми или иными соседями, частично пройдут через стадию этнического переформатирования, когда коренное население бует изгнано пришельцами (в первую очередь из Средней Азии и Кавказа). Но все это в рамках законов развития. Они не жестоки и не добры. Они рациональны. Если вы не способны ответить на вызов, то вам просто нет места на карте. Это место будет освобождено для кого-то другого, который тоже получит свою порцию проблем и вызовов.

Пока из трех славянских государств лишь Украина пытается проводить политику, которая может свернуть на модернизационный сюжет. Но Зеленский все больше напоминает Горбачева, как минимум тем же весьма блёклым управленческим талантом. Ну, а Путин и Лукашенко – это однозначно сюжет стагнации и катастрофического сценария в любом возможном варианте.

9 августа Белоруссия будет решать свою задачу – останется ли она на пути к будущей социальной катастрофе или получит шанс на развитие. Итоги выборов играют значение, но не определяющее – народ всегда может переиграть любые зафиксированные властью итоги. А вот в свою ли пользу – это отдельный вопрос.

Профиль автора в соцсети: https://www.facebook.com/el.murid.3