Воскресенье, 24.01.2021
×
Финансовые пирамиды. Кооператив «Агрорусь». СтопПирамида #13

Аркадий Лобас: «Банки будущего станут экосистемами, в основе которых будут цифровые онлайн-платформы»

+7 -0
Аа +

Цифровая трансформация банков – это объективный процесс, который происходит на наших глазах. Однако серьезные преобразования, происходящие на клиентском уровне, должны поддерживаться соответствующей технологической модернизацией банковских ИТ-систем.

О том, какие вызовы ставит новый этап развития перед современными банками, и каким образом финансовые структуры отвечают на эти вызовы, CNews рассказал Аркадий Лобас, владелец и генеральный директор компании «ФлексСофт».

 

– Банки по своей природе – цифровые организации, поэтому не удивительно, что именно они задают тон информатизации. На ваш взгляд, какие тенденции именно сегодня определяют тенденции развития банковской отрасли? Какие из них наиболее значительны?

Основная тенденция сегодня для любых отраслей, не только банковской, – это цифровизация. При этом далеко не все четко представляют разницу между двумя понятиями: автоматизация и цифровизация. Автоматизация – это облегчение ручного труда за счет внедрения новых технологий, однако ручной труд при этом все равно остается. Яркий пример автоматизации – конвейер: гайки при конвейерной сборке все равно крутит человек. А цифровизация предполагает исключение человека из определенного бизнес-процесса полностью. Например, вы вызвали такси через приложение, сели в машину, указали точку, в которую вам нужно добраться, вышли, хлопнули дверью и пошли дальше. Вы не доставали из кармана ни кошелек, ни банковскую карту. Приложение за вас вычислило продолжительность маршрута, определило тариф и автоматически сформировало операцию списания необходимой суммы с вашего счета в адрес той компании, которая предоставила услугу. Вот это и есть цифровизация.

Основная тенденция сегодня для любых отраслей, не только банковской, – это цифровизация. При этом далеко не все четко представляют разницу между двумя понятиями: автоматизация и цифровизация.

И эту тенденцию мы наблюдаем не только в банковском секторе, ведь мы уже вступили в век цифровой экономики. Уже не новость, что холодильник умеет автоматически формировать заказ на пополнение запаса продуктов. И операцию оплаты заказа также может сформировать тот же холодильник, только в другом приложении. Это – цифровизация на бытовом уровне.

– А что день грядущий нам готовит? Не в быту, а в банковской сфере. Банк ближайшего будущего – он какой?

Если основная тенденция – цифровизация, то банк будущего, конечно, прежде всего, цифровой. Это означает, что, во-первых, банк будет способен обработать огромное количество транзакций, потому что в связи с цифровизацией все операции, даже самые маленькие по размеру, уходят в безналичную плоскость, и формируется огромный, экспоненциально растущий поток транзакций, который сегодня не все банки готовы обрабатывать в режиме реального времени.

Во-вторых, банк будущего будет формировать цифровой портрет каждого своего клиента. Он будет понимать все ваши потребности: от того, как часто тот самый холодильник заказывает продукты и до того, как часто вы сами пользуетесь такси. И будет предлагать вам соответствующий банковский продукт. Для кого-то это будут денежные расчеты с минимальной комиссией, а для кого-то – кредитование со специальными условиями. Не исключено, что банк возьмет на себя регулярные операции, которые вы ранее делали самостоятельно. Иными словами, банк будущего будет полностью цифровым, с минимальным участием человека. Располагая цифровым профилем своего клиента, он будет адаптивным, гибко подстраивающимся под потребности этого клиента.

Если основная тенденция – цифровизация, то банк будущего, конечно, прежде всего, цифровой. Это означает, что, во-первых, банк будет способен обработать огромное количество транзакций, потому что в связи с цифровизацией все операции, даже самые маленькие по размеру, уходят в безналичную плоскость, и формируется огромный, экспоненциально растущий поток транзакций, который сегодня не все банки готовы обрабатывать в режиме реального времени.

И еще один признак банка будущего: он будет предлагать клиенту не только финансовые услуги. Банк будущего – это цифровая экосистема, которая будет предлагать как финансовые, так и нефинансовые продукты. И если раньше финансовая услуга была основной, то на этапе развития банковских экосистем она будет лишь сопровождать, поддерживать предоставление нефинансовых сервисов. То есть банк как цифровая экосистема будет ориентирован на удовлетворение всевозможных потребностей своего клиента.

– Какие технологические вызовы эта трансформация ставит перед ИТ-департаментами финансовых организаций?

Думаю, одним из главных сегодняшних вызовов является то, что сегодняшняя ИТ-архитектура банков не всегда соответствует потребностям цифрового банкинга. Причем как в части обработки большого объема транзакций, так и в части гибкости и адаптивности, то есть своевременной реакции на потребности рынка. Большинство банков сегодня достаточно оперативно подстраиваются под меняющиеся потребности клиентов, предлагая в том числе новые каналы коммуникаций, и в части фронтальных решений изменения происходят относительно быстро. Но в том, что касается ядра банковских систем (Core-систем), то есть транзакционных систем, банки, к сожалению, оказываются в заложниках у тех решений, которые были внедрены еще в 90-х годах прошлого века или в начале «нулевых».

Но в то время не было потребностей в обработке больших объемов транзакций и в таких скоростях предоставления услуг, которые сегодня диктует онлайн. Вспомните: еще пять лет назад не было системы быстрых платежей. А сегодня СБП работает только при условии, что банк способен в онлайне провести транзакцию клиента или принять его деньги. И не каждая ИТ-система, установленная в банке, способна переварить растущий по экспоненте объем транзакций. Но менять Core-системы банка – задача, подобная очистке авгиевых конюшен. Нелегко решиться на такие изменения!

– В чем заключаются главные проблемы?

Дело в том, что каждую новую задачу в банках пытались решать с помощью нового ИТ-продукта. Таких продуктов появилось очень много и между ними нужно было организовать взаимодействие. Появились шины данных, шины сервисов, множество других видов связей между этими системами. Сейчас только тронь одну систему, и обрушится все. Причем это все базируется на морально и архитектурно устаревшем ядре – Главной книге, которая уже не способна переварить растущий объем транзакционной нагрузки. Менять ее – это, по сути, значит, что менять надо все. Вот это является сегодня одним из основных вызовов для банков.

– Тяжелые монолитные Core-системы действительно не дают возможности гибко изменяться. Какие выходы есть у банков?

Безусловно, банки пытаются решать эти вопросы. Некоторые даже пытаются написать собственную Core-систему, двигаются по пути собственной разработки, наступая на грабли. Кто-то пытается, как вы говорите, монолитную систему раздробить по направлениям бизнеса, выделить одну часть под обслуживание корпоративных клиентов, другую – под розницу.

Еще один признак банка будущего: он будет предлагать клиенту не только финансовые услуги. Банк будущего – это цифровая экосистема, которая будет предлагать как финансовые, так и нефинансовые продукты.

Мы считаем, что транзакционная Core-система и должна быть монолитной. Потому что невозможно построить ее, скажем, на популярных сегодня микросервисах, ведь эта система подразумевает, прежде всего, транзакционную составляющую. Вы должны видеть всю информацию по клиенту, по его счетам, и видеть все это в режиме реального времени.

То есть, такая система должна быть изначально спроектирована для работы с большим объемом данных, работы с большой онлайн-нагрузкой. И, безусловно, она должна соответствовать современным техническим требованиям: уметь масштабироваться, работать в кластерных структурах, чтобы не ограничивать банк при экспоненциальном росте клиентов и транзакций.

– Когда вы говорите о поддержке работы с большими объемами данных, Вы имеете в виду клиентские данные или транзакционные?

Давайте поясню разницу. В цифровом веке, как я уже говорил, будет формироваться полная картина по клиенту и его потребностям. Большие данные – это некая информация о клиенте, и она может быть очень разнообразной. А когда мы говорим про Core-системы, там идет обработка больших объемов узкоспециализированных данных, имеющих транзакционную природу.

Разница между этими двумя видами данных – большими данными в виде цифрового профиля клиента и учетными данными транзакционной системы – велика. Если вдруг потеряется запись о том, на какой машине такси вы ехали вчера вечером, ничего страшного не случится. Потому что общая картина вашего профиля останется. А если потеряется одна запись о финансовой транзакции, то перечисленная работодателем зарплата не попадет на карту сотрудника, и тогда он на такси никуда не поедет.

– Большие клиентские данные и учетные транзакционные данные одинаково важны для банка будущего?

Давайте начнем с транзакционной составляющей. Если в банке начнут теряться транзакционные записи по операциям клиента, а это его деньги, то самого банка вскоре не будет. Что касается информации о клиенте, то если банк этим не будет заниматься, он тоже растеряет своих клиентов. Сегодня клиенту уже не нужен банк, где можно только внести деньги через кассу.

Сегодня клиенту нужен банк, который будет за него решать большинство его проблем, причем не только в области финансов, а в рамках экосистемы сервисов.

Сегодня клиенту нужен банк, который будет за него решать большинство его проблем, причем не только в области финансов, а в рамках экосистемы сервисов. К примеру, вы заходите в магазин, а банк присылает вам сообщение: вы зашли в магазин электронных товаров, и мы помним, что именно здесь пять лет назад вы купили телевизор, обратите внимание на промо-акцию – льготный кредит на покупку телевизора по очень низкой ставке. Вы можете заинтересоваться и воспользоваться предложением. И если это предложение сделал не ваш банк, с которым вы ранее работали, вы рано или поздно перейдете в тот, который как можно чаще обращает внимание на ваши потребности и предлагает определенные услуги, не только финансовые, но и экосистемные.

Экосистема – это выбор потребителя. Я, например, точно никогда не откажусь от цифрового сервиса такси в пользу традиционного такси и расчета наличными. Потому что мне так удобно, и это мой клиентский выбор. И дальше правила игры на рынке будет определять именно мой клиентский выбор. И именно тот банк, который со своей экосистемой сервисов будет лучше соответствовать моему клиентскому выбору, останется на рынке и будет успешен.

– С вашей точки зрения, какой технологический взгляд на многообразие сервисов, в которых участвует цифровой банк, лучше всего соответствует происходящим трансформациям?

Знаете, некоторое время назад была тенденция: под каждую задачу брать с рынка лучшее решение. На тот момент времени, возможно, это было правильным решением. Но сегодня ситуация меняется. Потому что растет транзакционная нагрузка, в том числе усиливается нагрузка на системы, обеспечивающие интеграцию между отдельными небольшими ИТ-системами, что приводит к сбоям. А сбой в одной связке двух небольших систем может вызвать неработоспособность всей конструкции в целом.

Мы сегодня продвигаем на рынок наш новый прорывной продукт «Платформа FXL». Это абсолютно инновационное решение – сверхвысокопроизводительная и сверхгибкая цифровая онлайн-платформа. Наше решение – платформа и конструктор – позволяют достичь необходимой гибкости и минимального time-to-market. А в его основе – ядро, которое обслуживает процессы быстро, 24/7, в режиме реального времени с высокой транзакционной нагрузкой.

Поэтому сегодня применительно к Core-системам и бэк-офису стоит говорить про монолитное единое решение. А в части каналов обслуживания свое место найдет и микросервисная архитектура, и другие современные и популярные решения. Потому что задаче автоматизации процессов обслуживания в такси или в розничном магазине лучше будет соответствовать тот или иной специализированный продукт.

– Вы эти взгляды на банк будущего реализуете в виде конкретного предложения для рынка?

Мы сегодня продвигаем на рынок наш новый прорывной продукт «Платформа FXL». Это абсолютно инновационное решение – сверхвысокопроизводительная и сверхгибкая цифровая онлайн-платформа. И это именно платформа. Почему? Потому что наряду с Core-системой, то есть учетно-транзакционным ядром, которое поддерживает высокую нагрузку и позволяет банку работать в режиме 24/7 в онлайне, продукт включает еще и гибкую интеллектуальную систему управления бизнес-процессами. Она построена таким образом, что вы можете использовать каждую маленькую компоненту как элемент конструктора и складывать из нее новый бизнес-процесс, тем самым обеспечивая быстрый вывод на рынок новых продуктов и услуг, обеспечивая минимальный time-to-market.

А как только вы сложили некий маленький бизнес-процесс, его можно использовать как элемент в другом, более сложном бизнес-процессе. И вот эта платформенность, использование элементов в качестве конструктора, позволяет вам добиться минимального значения параметра time-to-market. А это, как вы знаете, сегодня является определяющим требованием бизнеса. Если вы сегодня не предложите клиенту удобный финансовый продукт под его актуальную потребность, то завтра этой потребности может не оказаться.

Самый крупный проект, который по сей день активно развивается на базе нашей системы, был запущен еще в 2012 году в «Лето банке» (сегодня это «Почта банк»). Этот банк, который сейчас относится к числу наиболее динамично растущих российских банков и обслуживает более 12 млн розничных клиентов.

Это радикально отличается от классического подхода банков к созданию своих ИТ-систем, когда любое изменение требует написания программного кода, а показатель time-to-market измеряется месяцами, а то и годами.

Наше решение – платформа и конструктор – позволяют достичь необходимой гибкости и минимального time-to-market. А в его основе – ядро, которое обслуживает процессы быстро, 24/7, в режиме реального времени с высокой транзакционной нагрузкой.

В интересах одного банка в ходе тендера мы провели нагрузочное независимое тестирование на реальных клиентских данных. Проводили его, кстати, на площадке компании Oracle в Шотландии. Сами специалисты Oracle согласовали методологию тестирования, ключевые параметры тестов, проводили измерения метрик и делали выводы. Так вот, они пришли к выводу, что при обработке свыше 180 миллионов клиентов и более 108 миллионов действующих контрактов, платформа обрабатывала свыше 53 тысяч договоров в секунду. Только задумайтесь над этими цифрами! Кроме того «Платформа FXL» продемонстрировала очень большой запас по производительности, хорошую масштабируемость, возможность использования технологий вычисления в памяти – in-memory, и многое другое.

– Можете раскрыть некоторые технологические подробности платформы?

Мы используем достаточно широкий стек технологий. Что касается архитектуры нашего решения, то скажу так: из 10 критериев, которые влияют на производительность, 8 являются нашими ноу-хау. Высокой гибкости мы достигаем за счет собственного интеллектуального BPM-процессора.

– Вы решили самостоятельно писать собственную BPM-систему? Зачем?

Те промышленные решения BPM, которые предлагаются на рынке, как правило, многоотраслевые. А такие продукты не учитывают специфику конкретной отрасли. Мы же создавали свое решение именно под специфику финансового сектора – банков, страховых компаний, – поэтому любой бизнес-процесс легко понимает финансовую терминологию: клиент, счет, операция, транзакция, договор и т.д. За счет этого удалось получить высокоэффективный отраслевой продукт.

– Как решается вопрос о внедрении этой платформы в уже работающую банковскую инфраструктуру?

Могут быть разные подходы к внедрению новой платформы. Например, некоторые банки берут новое решение и полностью заменяют весь стек старых решений, который ранее там работал. Правда, это невозможно сделать, если банк достаточно крупный, потому что в таком случае обычно речь идет о 400 и более работающих ИТ-решениях. Тогда новым решением закрывается та область, которая наиболее проблематична. Это может быть управление бизнес-процессами (BPM), специализированный бэк-офис или Core-система и т.д. Но за счет того, что наша система весьма гибкая, в ней реализован механизм гибких интеграций посредством API, она может быть встроена в любую существующую ИТ-инфраструктуру банка, причем именно в ту конкретную задачу, которую банк собирается решить.

Сегодня наша основная задача – тиражирование платформы. Мы видим растущий спрос со стороны клиентов, и задача номер один для нас – справиться с этим спросом. Вторая задача – развитие не только внутренних архитектурных решений, но и тех функциональных потребностей, которые будут востребованы в цифровой экономике.

У нас был проект в крупном банке, в котором мы внедрили нашу платформу в качестве Главной книги инвестиционного банкинга и обеспечили интеграцию более чем с 10 различными системами. Причем эта интеграция была достаточно сложной, с определенной бизнес-логикой и элементами искусственного интеллекта. В частности, система могла брать событие из одного источника, обрабатывать его, отдавать во второй, получать результат и транслировать его обратно в первый источник. Такая логика обработки была эффективно реализована именно за счет гибкости, обеспечиваемой встроенным движком BPM.

– Можете еще привести примеры того, как внедрение этой платформы сказалось на эффективности и гибкости бизнес-систем?

Самый крупный проект, который по сей день активно развивается на базе нашей системы, был запущен еще в 2012 году в «Лето банке» (сегодня это «Почта банк»). Этот банк, который сейчас относится к числу наиболее динамично растущих российских банков и обслуживает более 12 млн розничных клиентов, 8 лет назад именно за счет гибкости и адаптивности нашего решения смог запустить новую банковскую структуру в промышленную эксплуатацию за рекордно короткий срок – всего 3,5 месяца. А ведь обычно такие проекты длятся годами. Но здесь профессионализм команды банка, активное взаимодействие банка и разработчика, гибкость нашей платформы как конструктора, позволили реализовать проект в нереально короткий срок.

И с тех пор банк работает абсолютно безотказно с точки зрения функционирования ИТ-инфраструктуры. Доступность банковских сервисов стабильно выше 99,99%, что говорит о надежности платформы. А об интенсивности потоков транзакций при нынешних 12 миллионах клиентов вы можете судить сами. Там, бывает, свыше 80 миллионов транзакций проходит за день. И наша система с этим успешно справляется.

– В течение восьми лет в процессе развития бизнес-процессы банка тоже менялись. Платформа поддерживает это развитие?

Безусловно! У банка и продуктовая линейка меняется, и потребности в различных дополнительных системах появляются с течением времени. И мы успешно осуществляем интеграцию с ними. ИТ-система тоже не стоит на месте, тоже меняется, развивается. И мы находимся в постоянном взаимодействии с командой банка.

Недавно – буквально 1 сентября, когда дети пошли в школу, – мы запустили нашу «Платформу FXL» еще в одном инновационном банке с широкой сетью филиалов – «Фридом Финанс». Это пока небольшой, но динамично растущий банк, который, тем не менее, уже покрывает территорию страны от Калининграда до Сахалина. Банк ранее эксплуатировал нашу систему предыдущего образца. Но, учитывая растущие объемы клиентской базы и потребность в развитии современных сервисов, а также необходимость гибкой адаптации под потребности клиента и сокращения параметра time-to-market, банк принял решение перейти на нашу новую платформу. В этом случае платформа закрывает 99% потребностей банка в ИТ.

Переход произошел значительно быстрее, чем было запланировано в контракте. Контракт был рассчитан на 1,5 года, а переход произошел за 10 месяцев. Мы начали проект в декабре 2019 года, а в сентябре 2020-го уже запустили новые ИТ-системы банка в промышленную эксплуатацию. Надо сказать, что это было желание банка – как можно быстрее перейти на новую технологию, и он был готов работать активно и эффективно вместе с командой «ФлексСофт».

– Над чем сейчас работает компания? Чего ждать от платформы клиентам в ближайшем будущем?

Сегодня наша основная задача – тиражирование платформы. Мы видим растущий спрос со стороны клиентов, и задача номер один для нас – справиться с этим спросом. Вторая задача – развитие не только внутренних архитектурных решений, но и тех функциональных потребностей, которые будут востребованы в цифровой экономике. Над этим работает наше подразделение R&D. Наша цель – дать возможность банкам построить цифровой банк, то есть такой, который способен работать без участия человека. Человек в этом цифровом банке будущего будет только определять стратегию, но никак не участвовать в проведении финансовых операций. Можно представить банк в виде некоторой цифровой сущности, с которой человек – банковский служащий – будет взаимодействовать только для настройки тех или иных параметров.

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+ENTER
все интервью »
+7 -0
1023
ПОДПИСАТЬСЯ на канал Finversia YouTube Яндекс.Дзен Telegram

обсуждение

Ваш комментарий
Вы зашли как: Гость. Войти через

Игорь Диденко: «Мы будем жить беднее, «правильнее» и прозрачнее» Игорь Диденко: «Мы будем жить беднее, «правильнее» и прозрачнее» Цифровизация, роботизация. Смерть профессий. Большие данные. Тотальный цифровой контроль над обществом. Искусственный интеллект оттесняет человеческий разум. Первенство переходит от человека к компьютерному мозгу. Обнищание мира. Тупик мировой экономики... Насколько реальны те цифровые угрозы, о которых сегодня так много говорят? Об этом в бес еде с главным редактором Finversia.ru Яном Артом рассказывает экономист, писатель, визионер Игорь Диденко, автор книги «Не венец творения». Наталья Игнатова: «Становление инвестора – переход на другой уровень сознания» Наталья Игнатова: «Становление инвестора – переход на другой уровень сознания» Наталья Игнатова, психофизиолог, стресс-психолог, телесно-ориентированный терапевт, руководитель психологического центра «Другая жизнь», рассказала порталу Finversia.ru как начинающим инвесторам поэтапно осваивать знания, переживать неудачи, радоваться даже маленьким победам и распознать сомнительных консультантов. Владимир Черников: «Сейчас гораздо проще строить долгосрочные финансовые планы» Владимир Черников: «Сейчас гораздо проще строить долгосрочные финансовые планы» О предварительных итогах года на рынке страхования жизни, основных трендах, определяющих его развитие и продуктовой линейке компании, рассказал генеральный директор «Ингосстрах-Жизнь» Владимир Черников.

календарь эфиров Finversia-TV »

 

Новости »

Корпоративные новости »