Всемирный банк исследовал особенности российского неравенства

Всемирный банк опубликовал исследование «Динамика неравенства и благосостояния в России в 1994–2015 годах». Его результаты свидетельствуют о заметном снижении расслоения, но произошло это не благодаря успешной государственной политике перераспределения. Причина — ускоренный рост доходов наименее обеспеченных граждан, не дающий им, однако, возможности переместиться в более высокую доходную группу.

Несмотря на переход экономики России от социалистического устройства к рыночному, коэффициент Джини, характеризующий степень доходного неравенства в России, снизился с 0,47 пункта в 1994 году до 0,31 пункта в 2015 году, что, по мнению экономистов Всемирного банка (ВБ), противоречит интуиции и поэтому представляет особый интерес для исследования. «Если основополагающей целью экономической политики является максимизация благосостояния различных групп населения, то изучение тенденций, лежащих в основе динамики благосостояния и неравенства, необходимо для того, чтобы сделать ее эффективной с точки зрения отношения затрат к результатам»,— говорится в докладе.

Исследование ВБ основано на анализе данных мониторинга экономического положения и здоровья населения Высшей школы экономики. Первый вывод авторов заключается в том, что зафиксированное снижение неравенства в России объясняется не качественной госполитикой перераспределения увеличившихся доходов, а тем, что экономический рост в последние два десятилетия оказался ростом в интересах бедных, и особенно в сельских районах. Доходы самой нижней группы распределения в среднем росли более чем в десять раз быстрее, чем доходы самой богатой группы. Это, однако, не увеличивало мобильности по доходам — их рост не позволял бедным переходить в более доходные страты, например в средний класс. Кроме того, темпы роста доходов беднейших граждан ускорились во втором среднесрочном периоде исследования (2004–2015 годы) в сравнении с первым (1994–2004 годы). Если же наблюдать краткосрочные периоды, то быстрее всего доходы самых бедных граждан росли в посткризисном периоде 1998–2004 годов (прирост на 165%), замедляясь в период 2004–2015 годов (100%) и достигнув самого низкого показателя роста в 2009–2015 годах (25%). Кроме того, авторы исследования обнаружили, что в рассмотренных периодах краткосрочное неравенство всегда оказывалось меньше долгосрочного (то есть всплески роста доходов бедных не приводили к устойчивому сокращению расслоения).

При этом переход граждан из частного в госсектор не был статистически значимым с точки зрения мобильности доходов, то есть не влиял на вероятность перехода в другую доходную группу, тогда как переход с частичной занятости на полный рабочий день или должность с более высокой квалификацией статистически снижает вероятность движения по лестнице доходного распределения вниз. В то же время переход в госсектор статистически коррелирует с более низким ростом доходов, тогда как переход от неформальной к формальной занятости, к полной занятости или на работу с более высокой квалификацией статистически связан с повышенными уровнями доходов.

Отметим, что следствием кризиса 2014–2016 годов стало не только резкое снижение доходов граждан, но и увеличение их дифференциации. Последние данные Росстата фиксируют коэффициент Джини на уровне 0,402 пункта в январе—сентябре 2018 года — на 0,002 пункта выше, чем год назад. По мнению, Игоря Полякова из ЦМАКП, это может быть как статистической погрешностью, так и следствием отсутствия мобильности по доходам, которые растут у одних и тех же — наиболее обеспеченных граждан.