В КС рассмотрели актуальные вопросы оборота цифровой валюты

Недопустимость ограничения судебной защиты по делам, касающимся оборота цифровой валюты, обязательность информирования гражданами налоговых органов о ее владении, возможные предложения по совершенствованию правоприменительной практики и нормативных актов, связанных с таким цифровым активом, стали предметом обсуждения в рамках открытого заседания Конституционного суда Российской Федерации, которое провел председатель КС РФ Валерий Зорькин.

«Положения, определяющие „статус“ цифровой валюты, интегрированы в действующее законодательство с целью публично-правового регулирования ее оборота. При этом приходится отмечать, что в настоящий момент специализированные правовые нормы, комплексно регулирующие движение данного вида актива, нуждаются в дальнейшем совершенствовании. Требования российских владельцев цифровой валюты должны подлежать судебной защите, при обязательном информировании гражданами госорганов о фактах обладания этим ресурсом. Такой порядок призван обеспечить совершение гражданско-правовых сделок или операций с цифровой валютой в порядке, установленном законодательством Российской Федерацией о налогах и сборах», — подчеркнул полпред президента России в КС Дмитрий Мезенцев.

Поводом для рассмотрения вопроса, связанного с судебной защитой прав обладания цифровой валюты, послужила жалоба москвича Дмитрия Тимченко, который не смог истребовать из чужого незаконного владения токены USDT (United States Dollar Tether), выпущенные компанией Tether Limited, зарегистрированной в юрисдикции Республики Сальвадор. При этом в ходе заседания отмечалось, что механизм ее создания отличается от иных волатильных криптовалют — USDT нельзя получить в процессе майнинга, можно только приобрести на биржевом рынке.

«Национальное законодательство призвано, гарантируя конституционные права граждан, обеспечить — на случай спора — должные правовые возможности для защиты их интересов в суде, что также должно стимулировать введение такого цифрового ресурса в легальный оборот. Это, по существу, требование времени», — отметил Мезенцев.

При этом он подчеркнул, что «цифровая валюта, обладая повышенными рисками анонимности, возможностью использования в целях отмывания доходов, и ряда других факторов, требует обеспечения прозрачности ее легального оборота путем налогового декларирования».

В ходе заседания выступили полномочные представители в КС РФ: Совета Федерации ФС России — Андрей Клишас, Государственной думы — Юрий Петров, Генерального прокурора РФ — Вячеслав Росинский. Конституционный Суд РФ предметно ознакомился также с позициями правительства РФ, Верховного Суда РФ, Минюста, Центрального банка, ФНС и Росфинмониторинга.

Позиция заявителя

Как пояснил судья КС РФ — докладчик Михаил Лобов, Тимченко обратился в Конституционный суд после того, как получил отказ в иске об истребовании переданных им ранее в управление иного лица 1 000 единиц USDT, так как не проинформировал ФНС о том, что стал обладателем цифровой валюты.

В обращении представителя заявителя, Марата Аманлиева, поясняется, что суды отказывают в удовлетворении аналогичных исков, ссылаясь на отсутствие уведомления в налоговую о владении криптовалютой, что делает право на судебную защиту условным, которое можно реализовать только после выполнения формального уведомления, порядок которого не установлен.

В обращении юриста в КС РФ речь идет о части 6 статьи 14 закона «О цифровых финансовых активах». По словам Аманлиева, эта норма разрешает российским судам рассматривать споры, связанные с цифровой валютой, только если человек заранее сообщил в ФНС о своем криптокошельке и обо всех сделках. При этом порядок такого уведомления до сих пор на законодательном уровне не утвержден. По мнению юриста, в российском законодательстве возник парадокс: защититься в суде нельзя, потому что нет формы, которую надо подать. Подобные решения, считает автор обращения, нарушают целый ряд статей Конституции России: о равенстве перед законом, неприкосновенности собственности и запрете ограничивать судебную защиту. Поэтому Аманлиев просит КС признать норму антиконституционной и подтвердить, что право на судебную защиту не может зависеть от исполнения административных формальностей, особенно когда выполнить их невозможно.