Среда, 19.09.2018

ИнвестАрена. Доступный сервис онлайн-инвестиций на мировых финансовых рынках. Читать о финансах и тут же зарабатывать.

Антон Табах: «Через пару лет мы увидим многие сотни тысяч личных банкротств»

+16 -0
2593
Аа +
Антон Табах: «Через пару лет мы увидим многие сотни тысяч личных банкротств»

Антон Табах, главный экономист агентства «Эксперт РА», поделился с порталом Finversia.ru своими соображениями по поводу личных банкротств, нехватки квалифицированных кадров, структуры потребительской корзины и финансового поведения миллениалов.

– Банкротства. Прошлой осенью об этой проблеме много говорилось – уровень банкротств бьет все рекорды и тренд продолжается.

– Это как свет далеких звезд. Допустим, мы наблюдаем взрыв сверхновой звезды с Земли, но он случился сотни или тысячи лет назад, и свет от него только что к нам дошел. Так же и с банкротствами. То, что мы видим сейчас, это последствия рецессии 2014–2016 годов. Ситуация начнет улучшаться только в 2019–2020 годах. Кроме того, не стоит забывать, что банкротства у нас часто используются для реструктуризации бизнеса. Поэтому они всегда будут, не отражая при этом реального положения дел в экономике. Что же касается личных банкротств, то закон приняли недавно, практика еще не сложилась. Скорее всего, мы увидим упрощение этого института – в Госдуме обсуждают соответствующий законопроект. Поэтому через пару лет уровень личных банкротств в России сильно возрастет. Это будут последствия перекредитования прошлых лет. Надо понимать, что банкротства происходят с существенным лагом, и, даже когда ситуация в экономике улучшается, все равно старые грехи в рай не пускают.

Все материалы Finversia-TV

– Личные банкротства. Люди берут новые кредиты, чтобы рефинансировать старые.

– К банкротствам привыкают. Формируется некая культура банкротства. В каждой стране это своя культура. В Америке, например, банкротства – обычная практика. Президент США – трижды банкрот на корпоративном уровне. А во Франции руководителей обанкротившихся компаний даже в парламент не пускают. Другой вопрос, что в России банкротства не все могут себе позволить. Процедуру скопировали у американцев при отсутствии инфраструктуры для ее дешевой реализации. И теперь, чтобы обанкротиться, нужно быть не совсем бедным человеком. Но с упрощением процедуры мы увидим не десять тысяч банкротств, а большие сотни тысяч. Правда, это произойдет не сразу после утверждения законодательных поправок.

– Ситуация с доходами как-то будет меняться? Осторожные люди говорят, что процесс восстановления экономики будет крайне медленным.

– Тут сложная ситуация. Реальные доходы падают, а вот зарплаты более-менее растут. Мы видим рост зарплат в бюджетном секторе, он связан отчасти с сокращением персонала, отчасти с повышением окладов в результате индексации в последние годы. Мы видим снижение занятости, видим уход людей в серую занятость, в самозанятость. Растут теневые доходы, которые не замечают статистические институты. Поэтому где-то слабенький рост, а где-то падение. Но средняя температура по нашей больнице повышается. Да, бурного роста экономики мы не увидим. Одна из причин в демографии. Нынешние пенсионеры не торопятся уйти на пенсию, а выходят на рынок труда те, кто родился в середине девяностых. Их мало. Но трудоспособное население будет активно пополняться за счёт родившихся после 1997 года. И если мы будем оперировать не кварталами, а годами, то, скорее всего, через полтора-два года будем наблюдать продолжающийся рост зарплат.

– Еще нехватку кадров называют главной бедой нашей экономики.

– Иногда лекарства могут быть хуже самих болезней. Знания сегодня получить легко, навыки – сложнее. Такой возможности получить бесплатные знания, какая есть сейчас у молодых людей, не было никогда. И если у человека нет знаний, значит, он не хочет их получать. Но наши школы устроены так, что к старшим классам дети перестают искать знания сами. И это огромная проблема. Чем придумывать новые рейтинги и пытаться предугадать, что будет через десять лет, надо бы вернуться к основам – образовательной системе – и там искать причины дефицита трудоспособных профессионалов. В этом отношении консерватизм лучше инноваций.

– Хорошо. Что будет с рублем? Санкции не затронут ОФЗ, будут адресными?

– Это как ружье на стене. Понятно, что оно выстрелит, но мы пока не знаем, чем оно будет стрелять – солью или дробью. Или разрывными, например. Процентные ставки, которые сейчас высоки в России, будут снижаться, в Штатах, наоборот, повышаться. Недавно случилось знаковое событие. Ставки по двухлетним казначейским облигациям США впервые за долгие годы превысили 2% годовых. То есть рынок закладывает существенный рост ставок в ближайшее время. Экономика, что называется, прет. Теперь нефть. Я не эксперт в этом вопросе, но могу с уверенностью сказать, что при текущих ценах производители сланца очень быстро нарастят инвестиции в бурение. Да, локально мы видим нефть, уходящую за $70, но, скорее всего, это временное явление. Потому вскоре дорогая нефть перестанет давить на рубль и его укреплять. Нашему правительству сильный рубль тоже не нужен. Рубль укрепился за счет краткосрочных факторов, и, скорее всего, вскоре мы увидим обратное движение. К уровню 60 рублей за доллар и даже выше.

– Вспомнил, как мы с вами были на одном форуме, где Андрей Мовчан был ведущим. Я помню, он ругался на то, что считает инфляцией ЦБ.

– Это вопросы конструирования индекса.

– В последнее время были публикации, что вскоре в потребительскую корзину включат и рыбу, и фрукты, и она, таким образом, станет куда более адекватной.

– Любая корзина – конструкт. В любой стране есть корзина олигарха, а есть корзина бедняка. К любой корзине можно предъявить претензии, как бы ее ни конструировали. Можно с уверенностью сказать только то, что в целом инфляция в России сильно ниже, чем пару лет назад. ЦБ справился с ее таргетированием. Но у каждого потребителя своя инфляция. Если человек питается исключительно вареными яйцами, у него инфляция отрицательная в последние годы.

– Цены на чай еще падают.

– Да, можно представить такую диету. Чай и яйца. Назовем ее степной. Если изменить структуру потребительской корзины, формально можно получить впечатляющие результаты антиинфляционной политики. Но недовольные потребители останутся. Понятно, что сейчас инфляция занижена. Понятно, что ставки сильно выше ее уровня. И бизнес-модели корпораций очень сильно перестраиваются. Пока макроэкономическая динамика такова, что бизнесу надо перестраиваться. А перекредитованному бизнесу это даётся с трудом.

– Вы заговорили про бизнес, я вспомнил про спреды облигаций хороших и не очень хороших заемщиков.

– Ставка часто определяется доступом на рынок. Например, плохого заемщика устраивает ставка микрофинансовой организации, потому что банк кредит не одобрит. А хороший заемщик всегда имеет возможность перекредитоваться, растянуть во времени платежи, даже снизить и без того невысокую ставку. Для этих двух категорий заемщиков стоимость заемных средств принципиально различается. С облигациями примерно то же самое. Вот пустили на рынок какие-то бонды, а дальше оказалось, что эмитенты всех обращающихся на нем бумаг приличные. Кто-то совсем идеален, кто-то просто приличный. А за кого-то платит старший брат. Как в случае с субфедеральными облигациями. Даже облигации тех субъектов, которые попали под внешнее управление, торгуются без спреда к другим регионам и ОФЗ. Почему? Потому что в крайнем случае правительство погасит долги.

– То есть это не рыночная история?

– Всему можно найти объяснение. Вот сейчас на рынке представлены бумаги только первого и второго эшелонов. Третий просто отсутствует. И вот когда экономика улучшится, мы увидим на рынке и третий, и четвертый эшелон с купонами 18% и выше.

– ЦБ активно в прошлом году скупал золото. Конспирологическая теория заключается в том, что Россия, Китай и Индия создадут золотой стандарт.

– Это к «Людям в чёрном». А если не заниматься уфологией, то могу сказать, что ЦБ является скупщиком излишков продукции золотодобывающих компаний. Кроме того, цены сейчас хорошие. Почему бы не купить? Наконец, риск конфискации золотовалютных резервов низкий, но не нулевой. Достаточно вспомнить историю с Казахстаном. Так что больше резервов в золоте на нашей территории – вполне хорошая идея.

– После выборов у нас будет новая экономическая программа. Эта будет все та же программа сбережения или развития? Потому что нынешние министры привыкли сберегать – тяжелое наследие 90-х.

– Да, если человек голодал, он будет прятать хлеб под подушкой. Программ сегодня пишется много, и почти в каждую заложен рост социальных расходов. Но при обилии планов всегда появляется нечто перпендикулярное. Подождем, что скажет кандидат в президенты, подождем, каким будет новый кабинет. Ведь важно, не кто возглавит правительство, а каков будет расклад внутри кабинета. И дальше можно будет о чем-то говорить. Президент поставил задачу расти темпами выше общемировых, а для этого нужно делать что-то новое.

– Аналитики пугают, что от нынешних цен недвижимость припадет еще на 20–30%, а процесс затянется до 2021 года.

– Есть разные влияющие факторы – от доходов и демографии до предложения и регулятивных мер. Скорее всего, увидим падение. С одной стороны, 30% за пять лет – это всего лишь 5% в год, то есть не так уж и много. С другой стороны, сегодня закручивают гайки по выдаче ипотеки, то есть снижаются ставки, но ужесточаются стандарты выдачи. В среднем будет падение цен, но в отдельных сегментах даже небольшой рост. Да, о росте цен на старое жилье придется забыть, но, например, инновационное массовое жилье будет дорожать.

– Финансовая грамотность в России нужна, если у человека нет денег или он не берет кредиты?

– Я лицо заинтересованное, потому что активно принимаю участие в программе, которую реализуют Минфин и Всемирный банк: составляю учебники, выступаю с лекциями и так далее. Я считаю, что финансовая грамотность – это как умение разбираться в компьютерной технике на уровне пользователя. Вот недавно я наблюдал скандал на Почте России, когда к выдаче перевода попытались навязать 45 рублей страховки. Тут 45 рублей, там 45 рублей… Вскоре станет нормой брать студенческие кредиты, как в большинстве европейских стран и в Северной Америке.

– Мы готовимся к прошедшей войне? Миллениалы сторонятся кредитов, не покупают себе жилье по разным причинам, конечно.

– Помните, раньше говорили, что вскоре не будет ни кино, ни литературы, а будет только ТВ? И что? Всего хватает и даже в избытке. Да, миллениалы предпочитают другие методы доставки финансовых услуг, но при этом хорошо умеют считать. А еще изменились потребительские предпочтения. Ипотека, может быть, действительно в меньшей степени востребована у них. Зато другие услуги более востребованы. Так что не думаю, что мы готовимся к прошедшей войне. Просто преподаем курс начальной военной подготовки. Человек должен осознавать угрозы. А дальше будет разбираться с ними в зависимости от ситуации. Кроме того, поведение миллениалов связано с длительным периодом низких процентных ставок. А ставки могут измениться.

Антон Табах, главный экономист рейтингового агентства «Эксперт»

С 1998 по 2007 год работал экономистом по развивающимся рынкам в нью-йоркском и московском офисах управляющей компании AllianceBernstein.
В 2008-2010 годах – аналитик «Тройка Диалог».
В 2011-2013 годах – аналитик «Уралсиб Кэпитал».
В 2010 году защитил кандидатскую диссертацию по экономике.
В 2014-2016 годах занимал должность директора по макроэкономике и региональным рейтингам агентства «Рус-Рейтинг».
В мае 2017 года назначен на должность управляющего директора, руководителя отдела по макроэкономическому анализу и прогнозированию рейтингового агентства «Эксперт».
Антон Табах имеет степень бакалавра экономики в университете штата Миссури и степень MBA в университете Иллинойса, является сертифицированным финансовым аналитиком (CFA). Преподает в Высшей школе экономики и на экономическом факультете МГУ.

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+ENTER
все интервью »
+16 -0
2593

обсуждение

Ваш комментарий
Вы зашли как: Гость. Войти через
×
Finversia-TV

Новости

Основные курсы и котировки