При перепечатке материалов просим публиковать ссылку на портал Finversia.ru с указанием гиперссылки.
Искусственный интеллект столкнулся с проблемой, которая выходит далеко за пределы технологических возможностей самих моделей. По словам ведущего CNBC Джима Крамера, меняется общественное восприятие отрасли: если ещё 18 месяцев назад строительство дата-центров ассоциировалось прежде всего с инвестициями и созданием рабочих мест, то теперь всё чаще звучат вопросы о стоимости электроэнергии, расходе воды, влиянии на местные сообщества и безопасности всё более мощных моделей.
Джим Крамер (Jim Cramer) считает, что изменение общественного настроения может стать дополнительным фактором давления на фондовый рынок. «Уолл-стрит проигрывает битву за нарратив, и в итоге могут пострадать самые разные акции», — заявил известный ведущий инвест-шоу Mad Money (Бешеные деньги) в эфире.
Для рынка момент особенно чувствительный. Доходности казначейских облигаций США продолжают расти и находятся на многолетних максимумах: доходность 10-летних бумаг превысила 5,2% — максимум с 2007 года, а 30-летних — 5,5%, чего не наблюдалось с 2004 года. При этом лишь около 48% компаний из индекса S&P 500 торгуются выше своих 200-дневных скользящих средних, что указывает на широкое ослабление динамики акций. Ещё 204 бумаги индекса находятся как минимум на 20% ниже своих максимумов за последние 52 недели.
На этом фоне ИИ остаётся одним из ключевых двигателей роста американского рынка и экономики. Поэтому изменение отношения к отрасли способно иметь последствия далеко за пределами нескольких крупнейших технологических компаний.
Обещания сталкиваются с вопросами об издержках
Главная проблема для индустрии заключается в том, что преимущества ИИ теперь обсуждаются одновременно с его потенциальными издержками.
Крамер отметил, что отношение общества заметно изменилось. Раньше внимание привлекало то, что технологические компании создают десятки тысяч рабочих мест благодаря строительству дата-центров. Теперь возникает другой набор вопросов: насколько такие проекты повышают цены на электроэнергию, сколько воды они потребляют и что получают взамен жители населённых пунктов, в которых размещается инфраструктура.
Эта обеспокоенность уже приобрела организованные формы. По данным Financial Times (FT), более 1000 сообществ по всей территории США в 2026 году пытались ввести моратории или другие ограничения на инфраструктуру ИИ. В июле 2026 года прошли общенациональные протесты «Human First» против развития дата-центров. Опрос Gallup, опубликованный в мае, показал, что 71% американцев выступают против строительства дата-центров ИИ в своих районах, включая 48% категорически против. В первом квартале 2026 года было заблокировано или отложено не менее 75 проектов дата-центров общей стоимостью около $130 млрд.
Дополнительные сложности создают сами разработчики ИИ. Предупреждения о потенциальных рисках всё чаще исходят непосредственно от компаний, которые создают наиболее мощные модели.
В частности, агентство Reuters сообщило о версии проспекта IPO Anthropic, в которой содержались предупреждения о том, что её ИИ-модели могут представлять «катастрофический или экзистенциальный риск для человечества». Отдельно Крамер упомянул решение OpenAI отложить выпуск следующей модели ChatGPT 6.1 Astra на фоне опасений по поводу безопасности.
При этом Крамер подчёркивает, что не относится к сторонникам идеи о неизбежно негативных последствиях развития ИИ. Напротив, он сохраняет позитивный взгляд на технологию, но считает, что компании должны лучше объяснять обществу практическую пользу своих продуктов.
В качестве примера он привёл Meta (признана экстремистской и запрещена в России). Компания, по его мнению, уделяет внимание не только масштабированию дата-центров, но и попыткам ограничить их влияние на стоимость электроэнергии и поддерживать местные сообщества. Руководством был запущен фонд Future is for Everyone Fund, инвестирующий в образование, развитие рабочей силы и инфраструктуру энергетики и водоснабжения в регионах размещения дата-центров. Одновременно техногигант продвигает Muse — ИИ-агента, который может выполнять административные задачи и, в частности, помогать владельцам небольших компаний автоматизировать рутинную работу.
Крамер назвал Muse одним из наиболее интересных новых инструментов для масштабирования малого бизнеса за последние годы.
Muse создаёт другой тип угрозы для бизнеса
Влияние ИИ на рынок не ограничивается вопросом восприятия самой отрасли. Появление агентных систем создаёт новые опасения относительно компаний, чья бизнес-модель зависит от потребительской инерции.
В основе стратегии по борьбе с потребительской инерцией (сonsumer inertia) лежит идея о том, что ИИ-агенты вроде Muse помогут пользователям активнее сравнивать предложения, отменять ненужные подписки, искать более низкие цены и легче менять поставщиков услуг
Пока человек может не захотеть тратить время на отмену подписки или поиск более выгодного тарифа, ИИ-агент потенциально способен выполнить значительную часть этой работы. Пользователь может поручить ему найти варианты, сравнить условия и, после получения соответствующего разрешения, отменить подписку или предпринять другие действия.
Для бизнеса это означает потенциальную угрозу модели, которая долгое время основывалась на том, что часть клиентов остаётся с компанией просто потому, что смена поставщика требует времени и усилий. По данным исследования, на которое ссылается CNBC, использование опций «пауза перед отменой» подскочило на 337% — три из четырёх клиентов, приостановивших подписку, в итоге возвращались. Агентные системы способны разрушить эту динамику.
Эта логика напоминает так называемый SaaSpocalypse, который ранее ударил по акциям разработчиков корпоративного программного обеспечения. Тогда инвесторы опасались, что ИИ разрушит традиционную модель оплаты ПО за каждого пользователя или позволит компаниям самостоятельно создавать инструменты, за которые они раньше платили поставщикам.
Однако последующее восстановление отдельных акций показало, что автоматизация и существующий бизнес могут сосуществовать. В качестве примера приводится Salesforce: несмотря на первоначальные опасения и падение акций на 45% в 2026 году, компания отчиталась о сильных результатах, а её бумаги выросли на 23% после публикации отчётности. Генеральный директор Марк Бениофф (Marc Benioff) назвал нарратив о SaaSpocalypse «нонсенсом», заявив, что «передовые модели зависят от CRM, а не заменяют её».
Какие акции уже пострадали
С момента запуска Muse 8 сентября распродажа затронула целый ряд потребительских компаний.
Акции Planet Fitness снизились приблизительно на 20%, так как компания критически зависит от так называемых «призрачных клиентов» (ghost members) — людей, которые не ходят в зал, но продолжают платить по $10–$25 в месяц просто потому, что процесс отмены подписки намеренно усложнен. Бумаги Airbnb и Booking Holdings потеряли от 13% до 16% стоимости из-за опасений, что ИИ-агенты научатся бронировать жилье напрямую у владельцев или эффективнее сбивать комиссии агрегаторов. SiriusXM и Charles Schwab снизились в среднем на 9–11% из-за рисков автоматического закрытия подписок на радио и легкого перетока капитала вкладчиков в другие банки с более высокой доходностью через автоматический ИИ-менеджмент.
Однако Крамер считает, что инвесторам не стоит автоматически относить целые отрасли к проигравшим из-за появления агентного ИИ.
Характерный пример — фитнес-индустрия. Акции Life Time с момента запуска Muse снизились примерно на 7%, то есть значительно меньше, чем Planet Fitness. Одно из возможных объяснений заключается в различии клиентских баз. У Life Time более дорогая услуга и более вовлечённые клиенты, которые могут быть менее склонны отменять членство.
Похожая ситуация наблюдается в онлайн-туризме. Теоретически ИИ-агент может упростить путешественнику прямой поиск жилья и позволить обходиться без посредников.
Но у крупных туристических платформ есть собственные преимущества. Онлайн-агентства предлагают программы лояльности, бонусы и возможность сравнивать множество вариантов в одном месте. Более того, Expedia уже объявила о партнёрстве с Muse: пользователи смогут искать и бронировать отели через ИИ-ассистента Meta (признана экстремистской и запрещена в России), при этом Expedia остаётся мерчантом записи, а оплата проходит внутри Muse. Это показывает другой сценарий развития: ИИ может не уничтожить посредников, а стать ещё одним каналом взаимодействия с ними.
На этом фоне Крамер поставил под сомнение масштаб падения Airbnb. По его мнению, сама способность Muse искать альтернативные варианты не означает автоматического исчезновения ценности платформы, которая позволяет сравнивать большое количество предложений.
Крамер считает, что сильные бизнесы устоят, а текущая просадка акций (особенно Airbnb) — отличный момент для их покупки по сниженной цене.
Похожий аргумент относится и к банковскому сектору. ИИ действительно способен упростить сравнение процентных ставок и перевод средств между банками. Но это не означает, что клиенты начнут постоянно перемещать деньги вслед за каждой небольшой разницей в доходности. Доверие к банку и привычка пользоваться определённым финансовым сервисом также могут оставаться важными факторами.
Новые инвестиционные риски
Крамер признаёт, что влияние Muse реально и некоторые бизнес-модели действительно могут оказаться под давлением.
Именно поэтому, по его мнению, инвесторам следует анализировать уязвимость каждой конкретной компании, а не делать выводы обо всей отрасли одновременно. Агентный ИИ способен изменить поведение потребителей, но степень этого воздействия будет зависеть от особенностей продукта, лояльности клиентов, стоимости переключения и преимуществ, которые компания предоставляет пользователю.
В результате вокруг ИИ формируются сразу два связанных между собой рыночных нарратива. Первый касается самой технологической отрасли: общество всё чаще задаётся вопросами о безопасности, рабочих местах, электроэнергии, воде и влиянии дата-центров на местные сообщества. Второй связан с тем, что ИИ-агенты могут изменить привычки потребителей и тем самым поставить под давление отдельные бизнес-модели.
Для фондового рынка это происходит в непростой момент. Рост доходностей облигаций и широкое снижение акций уже создают дополнительное напряжение. Если отношение инвесторов и общества к ИИ продолжит меняться, технология, которая долгое время воспринималась как один из главных источников будущего роста, может одновременно стать источником новых рисков для отдельных компаний.
При этом пример SaaSpocalypse показывает, что первоначальная реакция рынка на технологическую угрозу не обязательно определяет долгосрочный результат. ИИ может не только конкурировать с существующими компаниями, но и становиться их инструментом. Поэтому главный вопрос для инвесторов заключается не просто в том, какие отрасли затронет агентный ИИ, а в том, насколько конкретный бизнес способен адаптироваться к изменению поведения своих клиентов.
Сам Крамер формулирует эту позицию предельно прямо: «Не пытайтесь красить всё одной широкой кистью». По его мнению, вместо списания целых групп компаний инвесторам необходимо разбираться в том, какие именно элементы их бизнес-моделей действительно могут оказаться под воздействием агентного ИИ.
Одновременно индустрии ИИ предстоит решать более широкую задачу — убедить общество в том, что экономические и практические преимущества технологии способны компенсировать возникающие издержки и риски. По мнению Крамера, этого пока недостаточно, а новый общественный нарратив вокруг ИИ уже сформировался и изменить его будет непросто.
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией
Материалы на эту тему также можно прочитать:
- Cramer warns the narrative around AI is turning — and stocks could pay the price (CNBC)
- Muse is crushing these consumer stocks. Cramer says some may be worth a look (CNBC)





















обсуждение